Два Павла: Сравнительный анализ взглядов на совесть апостола

1. Введение: Загадка внутреннего мира апостола Павла

Как один и тот же исторический деятель, апостол Павел, может быть представлен в двух совершенно противоположных образах? С одной стороны — человек, терзаемый чувством вины и осознанием своей греховности. С другой — человек с непоколебимо крепкой совестью, уверенный в своей правоте перед Богом. Эта дихотомия лежит в основе одного из самых значимых споров в современных библейских исследованиях. Этот спор — не просто историческая диковина; это фундаментальная дискуссия, которая формирует то, как христиане понимают спасение (сотериологию), церковь (экклесиологию) и личные отношения человека с Богом.

В этом анализе мы рассмотрим две основные точки зрения на внутренний мир апостола:

• Традиционный взгляд: Эта точка зрения, идущая от Августина и Мартина Лютера, представляет Павла как человека, страдавшего от «измученной совести». Его обращение рассматривается как разрешение глубокого внутреннего кризиса.

• «Новый взгляд»: Эта точка зрения, предложенная в XX веке ученым Кристером Стендалем, утверждает, что у Павла, как до, так и после обращения, была «крепкая совесть», и его главной заботой были не личные грехи, а богословские вопросы о Законе и месте язычников в народе Божьем.

Цель этого исследования — помочь вам, как начинающему исследователю, понять, как разное прочтение одних и тех же библейских текстов и разное понимание исторического контекста приводит к таким кардинально разным портретам одной из ключевых фигур христианства.

2. Традиционный взгляд: Павел и «измученная совесть Запада»

Суть традиционной интерпретации заключается в том, что обращение Павла стало переходом от измученной совести, осужденной грехом по Закону, к умиротворенной совести, утешенной Христом. Эта точка зрения доминировала в западном христианстве на протяжении веков.

Ключевыми фигурами этой традиции являются Августин Блаженный и Мартин Лютер.

• Августин в своей «Исповеди» заложил основу для интроспективного (обращенного внутрь себя) подхода к вере. По словам Стендаля, «Исповедь» стала «первым великим документом в истории интроспективной совести».

• Мартин Лютер и другие реформаторы читали послания Павла через призму поздне-средневекового благочестия и своего собственного экзистенциального вопроса: «Как мне найти милостивого Бога?». Для Лютера борьба Павла с Законом была не отвлеченной богословской проблемой об иудеях и язычниках; она стала универсальной историей его собственной измученной души в поисках благодати. Этот личный кризис стал ключом, который открыл — или, как утверждали бы критики, перекроил — писания Павла для всей западной традиции.

В рамках этой традиции ключевые концепции Павла были переосмыслены и универсализированы, сместив фокус на сотериологические и антропологические вопросы:

• Закон: Закон Моисеев (Тора) стал ассоциироваться с «законничеством» в целом — с универсальным моральным императивом Бога, который ни один человек не в силах исполнить.

• Борьба Павла: Его полемика с иудеями, настаивавшими на соблюдении Закона язычниками, была переосмыслена как внутренняя, психологическая борьба каждого человека с грехом и неспособностью исполнить Божьи заповеди.

• Цель Закона: Яркий пример — Послание к Галатам 3:24. Павел писал, что Закон был «детоводителем»  для евреев до прихода Мессии. Лютер же переосмыслил этот образ, утверждая, что Закон является «наставником»  для каждого человека, чтобы сокрушить его самоправедность и привести ко Христу.

Этот портрет измученного Павла, столь основополагающий для западной церкви, веками оставался практически неоспоримым. Но в XX веке новый научный подход будет утверждать, что вся эта система была исторической ошибкой — проекцией современных тревог на апостола первого века, у которого был совершенно другой круг забот.

3. «Новый взгляд» Кристера Стендаля: «Крепкая совесть» Павла

В 1960-х годах профессор Гарвардского университета Кристер Стендаль предложил революционный тезис: совесть апостола Павла, как до, так и после обращения, была «удивительно крепкой» и редко страдала от мучений.

Главный аргумент Стендаля заключается в том, что традиционный взгляд является анахронизмом. Он навязывает Павлу проблемы «интроспективной совести Запада», которые были ему совершенно чужды. По мнению Стендаля, мы читаем послания Павла, пытаясь найти в них ответы на наши вопросы (например, «Как мне спастись от чувства вины?»), вместо того чтобы понять, на какие вопросы отвечал сам Павел.

По мнению Стендаля, настоящие вопросы Павла были экклесиологическими и касались истории спасения (Heilsgeschichte):

1. Вопрос о Законе: Что происходит с Торой (Законом Моисея) после прихода Мессии?

2. Вопрос о язычниках: Каковы последствия прихода Мессии для отношений между иудеями и язычниками? Как язычники могут стать частью народа Божьего, не становясь иудеями?

С этой точки зрения, обращение Павла — это не исцеление измученной совести, а призвание на апостольское служение язычникам. Подобно ветхозаветным пророкам, он был призван Богом на конкретную миссию. Его главный грех в прошлом — не неспособность исполнить Закон, а преследование Церкви, что было, по иронии, проявлением его ревности по Закону.

Стендаль утверждает, что и после обращения совесть Павла оставалась крепкой. В качестве доказательств он приводит следующие тексты:

• Деяния 23:1: «...я всею доброю совестью жил пред Богом до сего дня».

• 1 Коринфянам 4:4: «...хотя я ничего не знаю за собою, но тем не оправдываюсь; судия же мне Господь».

• 2 Коринфянам 1:12: «Ибо похвала наша сия есть свидетельство совести нашей...»

Тезис Стендаля коренным образом переосмысливает весь проект Павла. Но как два таких противоречивых портрета могут быть созданы на основе одних и тех же текстов? Ответ кроется на поле битвы толкований — в конкретных, ключевых отрывках, где эти мировоззрения сталкиваются.

4. Поле битвы: Как один текст порождает два разных портрета

Чтобы увидеть эти два толковательных подхода в действии, мы проведем параллельный анализ двух ключевых текстов, которые стали центральным полем битвы в этом споре: Послание к Филиппийцам 3:6 и 7-я глава Послания к Римлянам.

Традиционная интерпретация (измученная совесть)

Интерпретация Стендаля (крепкая совесть)

Филиппийцам 3:6 «по правде законной — непорочный»

Эта «непорочность» рассматривается как фарисейская самоправедность. Последующие слова Павла о том, что он считает все это «тщетою» и «сором» (Флп. 3:8), показывают его глубокое осознание несостоятельности своих попыток достичь праведности через дела закона.

Павел искренне считал свою «непорочность» по Закону реальным достижением. Он отказывается от нее не потому, что она была недостаточной, а потому, что его славные достижения как праведного иудея стали бесполезны в свете веры в Мессию Иисуса.

Римлянам 7  «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю»

Этот текст — классическое и универсальное выражение внутренней борьбы человека с грехом. Это свидетельство измученной совести и отчаянной неспособности исполнить закон своими силами, что подводит человека к необходимости в спасении через Христа.

Это не описание личной психологической борьбы, а богословский аргумент в защиту святости Закона. Чтобы доказать, что проблема не в Законе, а в Грехе, Павел риторически оправдывает свое «я» («уже не я делаю то, но живущий во мне грех»). Такое перекладывание вины с «я» на «грех» является, по Стендалю, доказательством того, что Павел не исповедуется в личной вине.

Критика взглядов Стендаля

Несмотря на убедительность, аргументы Стендаля не остались без ответа. Критики указывают на следующие слабые места в его интерпретации:

• Критика Филиппийцам 3:6: Стендаль, по мнению критиков, упускает суть. Павел называет свою прежнюю праведность «сором» — это не язык человека, откладывающего в сторону ранее полезный инструмент; это интуитивный язык отвращения к чему-то, что было в корне ошибочным и обманчивым как средство оправдания. Таким образом, он с отвращением отвергает ложные претензии на праведность.

• Критика Римлянам 7: Критики утверждают, что Стендаль создает ложную дихотомию. Оправдание Закона в этом отрывке не отменяет его антропологических выводов. Напротив, «оправдание Закона основывается на вине эго». Аргумент Павла как раз и заключается в том, что святость Закона наиболее ярко проявляется, когда он сталкивается с греховностью человеческого «я». Это не два разных тезиса, а две стороны одной медали.

Этот конфликт интерпретаций показывает, как одна и та же фраза может приобретать совершенно разный смысл в зависимости от того, в какую богословскую систему она встраивается.

5. Заключение: Почему этот спор важен?

Мы рассмотрели два разных портрета апостола Павла: страдающий грешник, чья история отражает путь каждого кающегося, и уверенный апостол, решающий уникальные исторические задачи ранней Церкви.

Главный вывод для учащегося заключается в том, что разница в интерпретации проистекает из разных исходных вопросов, которые задаются библейскому тексту. Это центральный герменевтический принцип, который следует усвоить. Выбор «толковательной линзы» или «герменевтической отправной точки» во многом предопределяет то, что толкователь «увидит» в тексте.

• Традиционный взгляд подходит к Павлу с вопросом, который волновал Лютера:

• Взгляд Стендаля подходит к Павлу с вопросами, которые, по его мнению, волновали самого апостола:

Этот спор — не просто академическое упражнение. Он учит нас критическому чтению и напоминает, что понимание исторического и богословского контекста — будь то Римская империя I века или Европа эпохи Реформации — имеет решающее значение. Только осознавая, какие вопросы стоят за той или иной интерпретацией, мы можем глубже понять как сами библейские тексты, так и такие сложные и многогранные фигуры, как апостол Павел.

Список использованной литературы:

• Carson, D. A., O'Brien, P. T., Seifrid, M. A. (eds.). Justification and Variegated Nomism. Vol. 1: The Complexities of Second Temple Judaism. Grand Rapids: Baker Academic, 2001.

• DeJong, B. "Review: The Apostle Paul and the Introspective Conscience of the West" // ScholarshipReview. 2009.

• Duncan, L. "The Attractions of the New Perspective(s) on Paul" // Ligonier Ministries. 2021.

• Dunn, J. D. G. Jesus, Paul, and the Law: Studies in Mark and Galatians. Westminster/John Knox Press, 1990.

• Käsemann, E. "Justification and Salvation History in the Epistle to the Romans" // Perspectives on Paul. Trans. M. Kohl. London: S. C. M. Press, 1971. P. 60–78.

• Sanders, E. P. Paul and Palestinian Judaism: A Comparison of Patterns of Religion. Philadelphia: Fortress Press, 1977.

• Schreiner, T. R. The Law and Its Fulfillment: A Pauline Theology of Law. Grand Rapids: Baker, 1993.

• Stendahl, K. "The Apostle Paul and the Introspective Conscience of the West" // Harvard Theological Review. 1963. Vol. 56. P. 199–215.

• Stendahl, K. Paul Among Jews and Gentiles and Other Essays. Philadelphia: Fortress Press, 1976.

• Stuhlmacher, P., Hagner, D. Revisiting Paul's Doctrine of Justification: A Challenge to the New Perspective. Downers Grove: InterVarsity Press, 2001.

• Thielman, F. Paul and the Law: A Contextual Approach. Downers Grove: InterVarsity Press, 1994.

• Westerholm, S. Israel's Law and the Church's Faith: Paul and His Recent Interpreters. Grand Rapids: Eerdmans, 1988.

• Wright, N. T. The Climax of the Covenant: Christ and the Law in Pauline Theology. Edinburgh: T&T Clark, 1991.

• Wright, N. T. What Saint Paul Really Said: Was Paul of Tarsus the Real Founder of Christianity? Grand Rapids: Eerdmans, 1997.